• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
16:11 

вчерашним вечером настроение и погода просочетались наилучшим образом, и под эпические завывания ветра за окном, в стремительно охлаждающейся комнате я посмотрела на сон грядущий симпатичный фильм "Квайдан", 1964 года. Режиссёр - Масаки Кобаяси. До настоящего времени его имя мне не встречалось, хотя название фильма краем глаза уже как-то прежде уловила. Возможно, до сих пор отталкивала формальная принадлежность этого кино к жанру ужасов, мне в целом глубоко несимпатичному. Хотя, если подумать, какие страшные истории, лишающие человека сна,
могли снимать в шестидесятых годах, в ту славную эпоху отсутствия всеподавляющей массы коммерчески оправданных провокаций? Естественно, сверяюсь с интернетами, и да, Хичкок, которого знают даже такие далёкие от истории кино люди, как я, снял "Психо" как раз в 1960-м. Что-ж, у меня к нему претензия за сцену в ванной - лично для меня это восхваляемое "открытие" и "веха" в киноискусстве стоит в одном ряду с основанием компании Макдональдс. Не говоря уже о мумии в кресле. Глубоко уважая Хичкока, я всегда полагала, что в "Психо" он ухитрился прогнуться под самим собой задаваемый стандарт. "Квайдан" же - чрезвычайно изящный фильм, полный иронии и медитации, погружение в которую обеспечивает тщательно выверенный звуковой ряд. Ощущение времени не потерянного.
Однако же, легко предположить, почему адаптация японских легенд была хорошо принята в Каннах: фильм снят по книге Лафкадио Хирна, странного человека. Родился в Греции, эмигрировал из Ирландии в США, а в последствии уехал в Японию, откуда уже не возвращался. То есть, имеет место быть некое идеальное уравнение - тема, которая давно меня занимает. Момент и условия подмены ощущения подлинной причастности к чему-либо на глубокую иллюзию понимания. В случае кинематографа - эта подмена безболезненна и не опасна. Да только ни на секунду не думаю всерьёз, что "Квайдан" приблизил меня к пониманию тонкостей чужой мне культуры и обеспечил адекватное восприятие жанра страшной японской сказки. Из всех действующих чисел уравнения - переменная Хирна мне родственнее всего. Но и это родство - иллюзорно...
По всему выходит, до триллера "Звонок" мне осталось совсем не много времени. Прочее кино уже не срабатывает. И большую порцию картофеля из мак-дака в придачу.

15:13 

недавно попалась мне на глаза подборка фотографий Маккартни, авторства его покойной жены Линды. Тяжело было смотреть. Выражая, как обычно, своё сугубо личное мнение, я спешу сказать: для меня сэр Пол всегда был и остаётся ярким примером удивительного парадокса, что талант, поселяясь в человеке, никак на его облике не сказывается. Вдохновенно-безалаберные глаза и непривлекательно-расслабленные, особенно с годами, черты лица. Очень несимпатичный тип, странно, что она его так любила, что это через каждую фотографию видно. Думала ли она, как долго он будет горевать после её ухода, или ей было просто всё равно? Не знаю. Знаю только, что, опять-таки, лично и исключительно для меня самой, одна из главных задач в жизни - это убивать в себе Маккартни. Вот прямо всякий раз, как нарисуется в голове эта слащавая физиономия - так сразу и убивать.

16:48 

мало что можно делать в жизни более нарочито-иронического, чем всерьёз наслаждаться элем "Брейгель", с соответствующей картинкой на бутылке. Если пить его, едучи зимой в вагоне подземки, то колени в плохой джинсе или хуже того - в толстых колготах, превращающих самые стройные ноги в непривлекательные синтетические полешки, спины, о могуществе которых призваны говорить набитые пером водоотталкивающие валики, мёртвый мех или морщинистая тусклая звериная кожа, и страшные шапки с шарфами - все эти недоодеяния горе-шаманов разорённых холодом и голодом племён малочисленных, но бесконечных, весь этот гардероб - особенно выпячивается, свет тускнеет до сороковаттно-жёлтого, вагон становится совсем узким, но не клаустрофобичным - эль делает своё дело, Брейгель продолжает составлять списки, колёса поезда, чей звук, правда, почти полностью поглощён дышащей, раскачивающейся, потеющей и воняющей одеждой, продолжают крутиться, а ты едешь и едешь себе, куда тебе там Надо, или куда ты там Хочешь. Пока первый вариант не потеряет в силе отрицательной динамики, а второй не проявится слишком явно, вызывая на тебя огонь критики, всеобщего неодобрения и мимолётного объединения эгоизма индивидуальностей ради одного автоматического "НЕТ", что на какое-то время испепелит тебя, исторгнет из организма мира, как чужеродное тело, как опасную мутацию - одумайся, и возвращайся к нам, когда лицо твоё пожелтеет и потухнет, а ноги в разводах соли не примутся вновь при ходьбе чинно зацеплять одна за другую и за грязные пятки прочих граждан пассажиров в потоке текущей по переходам между линиями не замерзающей даже в лютые морозы общей реки, пока ты ещё балансируешь - можешь продолжать движение, пряча небольшую пузатую бутылочку с провокационным рисунком в необъятной варежке белого, почему-то, цвета - ну да что с того? Понимание приходит с опытом (с) раньше ли, позже - мы все станем более теплее одеваться, какая разница, как? Погода рассопливилась, начало года, не в пример обыкновению, совсем растаяло - что-то пошло иначе, обычно в ночь на первое января, напротив, оттепель сменяется ударно-низкими температурами, но такая лёгкая подмена порядка появления декораций никого не обманет, несколько умеренно-тёплых дней сменится непроглядной колючей темнотой и истерически-яркими рассветами, и новый февраль возьмёт у тебя часть жизни, и никогда не вернёт, и от того заранее на душе зябко и неуютно, однако, лучшее, что с тобой происходит - это регулярная возможность сказать: "ничего удивительного, всё было известно наперёд", не так ли? Почувствовать себя вселенским умником. Только не слишком увлекаться. Не искать. Как когда вместо "Брейгеля" в кармане страшного безразмерного пальто пряталась открытая жестянка пойла под названием "Чёрный русский". В то время всегда было интересно только - доедешь ли ты, куда тебе там Надо, или куда ты там Хочешь, сегодня. Или желание вылететь поезду наперерез окажется сильнее. Час жизнеутверждающего любопытства. Глупого и очень безопасного любопытства. Рассчитывая на большее, предполагая по-крупному, повышая ставки, рано или поздно ты, конечно, найдёшь подтверждение самым худшим своим прогнозам, попутно породнившись со всеми вентиляторами, всеми рассветами и всеми кирпичными стенами мира, и такое родство, как и любое другое, не принесёт ни капли радости... Но здесь - обрыв на линии, вместо метро пустили автобусы, дождь сменился мокрым снегом, а желание молчать никуда не уходило - вот оно.

08:18 

за отчётный период мне удалось дважды воспользоваться жидкой подводкой для глаз. Один раз - вполне приемлемо, другой - достаточно терпимо. А вот отказаться от алкоголя не получилось. Продержалась два месяца, но потом всё постепенно устаканилось. И к лучшему: на склоне лет я открыла для себя портвейн. Разумеется, подозревала, что к пойлу местного производства настоящий портвейн не имеет никакого отношения, но реальность превзошла все ожидания. А если серьёзно - интуитивно я предчувствовала 2014 год как удачное для себя время. В целом он таковым и запомнился, хотя большую часть возможностей я, как обычно, прозевала. Ибо никакая интуиция не победит силу моего воображения.

12:36 

ехала по делам, прислушиваясь невольно к разговорам окружающих людей. Так, встретилась семья, возвращающаяся с прогулки. Взрослые купили детям красочные календари с наклейками. На каждое праздничное число - по картинке, которую нужно наклеить. Дети галдят, разбираются. Дотошная девочка сначала долго пыталась запомнить, когда у неё собственный день рождения, потом стала листать страницы в поисках других праздников. "Мама, тут ни один праздник не отмечен! Даже день России!" Мама объяснила, что в таком календаре праздники надо разметить самим, и посоветовала вместо дня России обозначить лучше восьмое марта. Хороший совет. Восьмое марта хорошо, если раз в году отметить доведётся, а день России здесь празднуют круглосуточно. В уходящем году - с особым размахом, напав на сопредельную страну. Я первая с энтузиазмом буду при всяком удобном случае рассуждать, хороша или плоха Украина, и кто лучше заботится о жителях Крыма или Донецка. Но то, что Россия проявила преступную агрессию по отношению к другой стране - это непреложный факт, и ничем не оправдать этого варварства, равно как никуда не скрыться от чувства стыда. Нет, я не считаю, что могла бы как-то помешать правительству развязать войну. Но в Украину не поехала бы, паспорт России теперь слишком жжёт карман. Я ненавижу власти хотя бы потому, что они ухитряются переложить свои проблемы с совестью и моралью с больной головы на здоровую, ничего не предлагая взамен - лишь унижение и бедность. Четырнадцатый год навсегда запомнится мне, как время возвращения советского строя, когда воспоминание о сбитом в 83-м южнокорейском самолёте слилось с новой трагедией с самолётом малайзийским. Также этот год оставил по себе память о новом тюремном сроке для Бориса Стомахина, который виноват лишь в том, что говорил и писал свои мысли. И, конечно, останется в памяти вчерашнее утро, когда спешно огласили приговор братьям Навальным. Я ненавижу это государство за подобные решения, потому, что всякий раз выясняется - здесь любое предположение частного лица о готовящихся карательных операциях властей против собственных граждан проигрывает в подлости реальным их делам. Мне Алексей Навальный как человек решительно не симпатичен. Но власти этой страны, мстительные и непорядочные, заставляют меня сочувствовать человеку, которому я интуитивно не доверяю, за которого никогда не стала бы голосовать, или каким-бы то ни было другим образом поддерживать. Я готова понять, почему снова посадили, например, активиста Мохнаткина. По всему видно, этот товарищ - неуравновешенный неудачник, склонный нарываться на неприятности. Его новый срок - на совести правозащитников, которые воспользовались им в своих мелких политических играх, тогда как должны были внушить ему, чтобы держался подальше от каких бы то ни было общественных организаций, от либеральных - в первую голову. Понимаю, почему оказывают мощное давление на Удальцова, и уверена - он знал, на что идёт, и не сломается. Но человеку, у которого взяли в заложники брата, я не посочувствовать не могу, и я, признаться, очень переживаю за них обоих.
Я хочу вспомнить сейчас о Валерии Ильиничне Новодворской, которой не стало в этом году. Глубоко уважала её запредельный интеллект, невероятную твёрдость характера, смелость. Её уход лично для меня - огромная потеря. В этой стране хочется пожелать себе и близким хотя бы малой толики её силы. Потому, что праздник здесь - каждый день.

00:01 

"Семьсот восемнадцатый!" - крикнул мальчишка на остановке, так, будто случайно открыл для себя все законы Мироздания, и они его изумили. Я посмотрела вдоль дороги, но ничего не увидела. Пусть даже семьсот восемнадцатого, который нафиг ни за чем не нужен. Не помогают очки. Когда только начинала носить, эффект был. Наладился полу-призрачный, но в самый раз достаточный контакт с внешним миром, без лишних вопросов и головной боли. Мракобес Норбеков (Мракобес - звучное имя получается, кстати) писал, что зрение ухудшается из-за проблем с общением, внутренней закомплексованности. Видимо что-то такое он реально знает: после ознакомления с его завиральными теориями пришлось заказывать очки посильнее. На людей-то смотреть действительно не очень увлекательно. Жаль, номер автобуса невиден точно также, как и его пассажиры.
"К чёрту. Идите в задницу" - в сердцах высказалась баба в павлопосадском платке, которой в подошедшем-таки транспорте места не нашлось.
Стадо дворников шкрябало жестяными лопатами по льду, как по моей спине. Всегда любопытно - почему, когда люди трут жесть об асфальт, нож об стекло, телефонный разговор на повышенных тонах - об тишину комнаты, сами никогда не испытывают дискомфорта. В эти моменты особенно внимательно стараешься хоть как приглядеться, в надежде уловить признак беспокойства или рисовки, но нет. Они всегда чувствуют себя отлично.
Подъехал нужный. Удачно полупустой. Кондуктор - невысокая женщина в тёмном свитере, выдала билет до нужной остановки и прошла дальше, в конец салона. Но вдруг воротилась и дёрнула меня за полу пальто. "По земле волочится, испачкаете". С её свитера смотрел кот в больших очках. Смотрел, как мне показалось, с грустью и укоризной. Здесь никому не привыкать ездить по городу зимой. Глядя в забрызганное грязью стекло, через которое не было видно ни зги, я отсчитывала, по памяти, остановочные пункты. И так постепенно пришла в себя.

00:22 

ночью они приходят, и вытягивают все слова, пока я сплю. Днём оглашают, что вытянули. Каждую деталь, даже моё увлечение красотой фразы на иностранном языке с этикетки шампуня - то есть, до мелочи. Пересказывают мне самой. Сигнальщики везде. Давно не пытаюсь запомнить лица, хотя некоторые явно повторяются. Но всё чаще отворачиваюсь, смотрю вскользь. Мне некому на них указать, а было бы кому - остаётся Сетка и радио. Там лиц не увидеть, а сигналы - сплошь. Какую-то часть раскрытых слов почему-то оставлено напечатать. Если не печатать - они сердятся. Препятствовать появлению цепочки образов, звено за звеном, само по себе неприятно. Как отправляясь в путешествие, возвращаться с полдороги. Когда у меня несговорчивое настроение, допускаю намеренные погрешности воспроизведения. Выходит забавно. Это - максимум того, что могу себе позволить. Я умею довольствоваться тем, что есть. Короткие промежутки между нарастающей паникой и следующей за ней усталостью - использую, наверное, наилучшим образом.

Способна ли я отличить реальность от иллюзии? Едва ли. Только в самых простейших случаях. Так, радуга, увиденная мной на кухне, была, разумеется, нереальна, потому, что возникла в пространстве между ручкой электрического чайника и его корпусом. Пересчитала цвета - полный набор, правильный порядок. Некоторое время наслаждалась нереальностью открытия, подавив порыв сфотографировать на телефон - он не зафиксировал бы. Постепенно, не торопясь, наконец полностью допустила очевидное: два пластиковых флакона с моющим средством, стоящие за чайником - один синий с жёлтым, другой - оранжевый, давали при красном свете от абажура, отражающегося от металла чайника, полную радугу, при известной расфокусировке зрения без очков. Но и после этого виденное вдохновляло, и было только моим. По радио тогда передавали "Фьюжн Оркестра" и группу "Муравьед". Хотелось закачать в плейер, но и здесь уже наследили. А так хотелось бы чистый, не захватанный ими диск. Сижу в тишине, слушая, как машины на улице, такие беспомощные в глубоком снегу, бесполезно крутятся вокруг дома, пытаясь пробиться в объезд. Я благодарна им.
Ловушка широких окон
Случайные искажения стекольного полотна
На бланке занавески из бумаги
Свет ставит ежедневную печать
Исчезновения
меня.

16:44 

на моё непрофессиональное ухо, у Сары Брайтман голос лучше, чем у Анны Нетребко. Брайтман - стремится полететь в космос, материализуя то состояние, в которое запускала своих слушателей в годы расцвета карьеры. Нетребко, напротив, отважилась на поездку к дээнеровским бандитам, флагом размахивать. Думаю, напрасно, но кто знает, почему она так решила, я не знаю, и про голос-то её могу лишь предполагать, что он профессиональнее, чем у Брайтман, но лично меня не заводит. Монтсеррат Кабалье - весёлая хитренькая птичка, такие в стратосферу, равно как и в политику, не лезут, её условная поездка в тюрьму за махинации с налогами выглядит очень органично. А вот Образцова вообще, наверное, никуда не ездит, разве что её, время от времени, торжественно вывозят. С таким сочетанием имени и фамилии - не царское это дело, кататься почём зря. Галины Павловны, подсказывает википедия, уж два года, как не стало, а мне всё кажется - то ли она в эмиграции, то ли от неё страна уехала. А больше я и не знаю никого, Марию Каллас, разве что. Осталось предположить, коли б я была певицей - но я не пою. Слушаю-то с приёмника в кухне, или с компьютера, сквозь рёв вентилятора, как через глушилку. Привычка уже.

18:17 

Не 13 трубок

не знаю, сколько у меня трубок. Точно, что не тринадцать. Но довольно много - больших и маленьких, прямых и изогнутых. Трубок, чаша которых пахнет цветами от выкуренных через них сладких ароматических табаков, и тех, чей бриар пропитался латакией - в таких любая даже самая лёгкая смесь всегда получается крепче, и немного отдаёт пеплом и перцем. Есть пара трубочек вкуса неразборчивого, с кисловатым душком - это через них когда-то, лучше не вспоминать,
курилось, что было - а была махорка из маленьких брикетов, бумага, как бандероль, винтаж восемьдесят пятого года выпуска... Из этих не тринадцати трубок есть получше, есть похуже, а не идёт мне ни одна. Слишком мелкие, чересчур крупные, форма не согласуется с лицом. Только одна трубка, вид которой не укладывается в существующую таблицу стилей, и потому называется freehand, была по-настоящему моей, подходила идеально, как хорошая причёска или идеально
подобранное украшение. К сожалению, её разбили. Сперва её от всего сердца грохнул об пол феноменально злой ребёнок, а спустя несколько лет она безвольно вывалилась из руки ребёнка фантастически доброго. После второй катастрофы трубка уже не оправилась, и никакой "момент" разбитую красоту не схватывает. Так она и отошла в мир иной - а именно в мир вещей, которые у меня были, а теперь нет, и заменить нечем. Как солнечные очки с диоптриями, павшие смертью
храбрых на Воробьёвых горах в неравной борьбе с зарвавшимся козлом. Как бензиновая зажигалка, оставленная в доме человека, к которому и заехать-забрать ничего бы не стоило, да только оказалось, человек-то в глаза говорил одно, а за спиной - другое, так
что пусть любуется теперь полированным прямоугольничком чистейшего серебра, а я перебьюсь. Как сотовый, прости Г-ди, телефон, с оборотной стороной по виду и на ощупь, как корпус стародавней папиной электробритвы, рождающий приятные воспоминания о детстве, даже если разговоры по нему не всегда были приятными, а чаще - сложными. Нет, я не собираюсь пересказывать всё это, экстремально-важное для меня и не представляющее никакой ценности
для окружающих - просто взять, что плохо лежит, просто сломать, просто раздавить, как букашку, чай, не буддисты. Живые люди. Паук в рукомойнике в кухне утром хорошо взбодрил. Здесь периодически встречаешься с пауками, раскидывающими сети проворнее, чем я успеваю их снимать, но сегодняшний экземпляр был размером с ноготь большого пальца такой руки, в которой самая большая из моих трубок, что я и во рту-то не удержу, а лишь приставляю к ней лицо для затяжки, выглядела бы прилично, а не комично. Такого размера паука я уже не могу без содрогания отодвинуть рукой в сторону, а этот поднимался по гладкой эмали и сваливался, цеплялся было за предложенную губку для мытья посуды, и опять чуть не оказывался прямиком в сливном отверстии, в общем, назло привлекал к себе всё моё внимание, заставляя воображать, на какой пище он здесь так вымахал. "Что же ты за дрянь?" - сказал Шварценеггер инопланетному Хищнику. "Что же ты за дрянь" - отвечал тот. И никто не обиделся. Оба бесследно растворились в джунглях, как вчерашний прогноз погоды с обсерватории имени Михельсона, растворившись, разумеется, "как дым", как дым из моей трубки, только завидев которую, коллекционер плотоядно загорелся глазами и сказал: "начало семидесятых! Но тут трещина, надо поставить кольцо". И поставил, игнорируя мои слабые возражения, что такая трещинка не представляет никакой опасности, потому что закрывается выделяющейся при курении плотной смолой. Упорная трещинка вскоре всё равно выползла ровно на столько, чтобы быть заметной, а вот надписи "Royal Danish" за кольцом не читается. Что ещё раз доказывает: свои трубки никому давать не следует. А я всё нарушаю это правило, с деланной неохотой, предвидя провал, предоставляю любому возможность порадоваться внешности доброй курительной трубки и насладиться вкусом настоящего табака, который способен разогнать и ночной кошмар, и плохое настроение, и безутешность любого запоздалого воспоминания. Вдруг кому-нибудь просто понравится?

09:34 

Вождь Туарегов был болгарин.
Он умер, испытавши шок,
Когда его концерн Фольксваген
Нашёл.

17:22 

Чугунный Целлюлит

в Торговом Центре, говорят, вчера был настоящий ад. Все любят пересказывать слухи, и я, как есть деревенский житель, тоже люблю. Тем более, слухи достоверные. Легко представить: пока во всём районе продолжался лёгкий блэкаут, мобилизованные по тревоге бездельники в форменной одежде оцепили здание, что называется, "по периметру". Хотя ума не приложу, как ещё можно оцепить здание, но без слова "периметр" оцепление не считается настоящим у этих полных осмысленности людей. Оцепили и начали трясти выбегающих из темноты Торгового Центра граждан на предмет похищенного добра. Интересно, все ли безропотно распахивали свои сумки и выворачивали карманы на скользком крыльце этого гнилого заведения? Позвольте, а на каком основании?
Отсутствие чека в авоське с просроченным ещё на стадии изготовления молоком не является доказательством того, что оно вынесено из вашей помойки. Да и вообще, размышляю я, было бы что утащить из продуктового под шумок. Буханку хлеба, может быть? Пачку макарон "Каждый день"? Соус из консервантов и ароматизаторов, "идентичных натуральным"? Выхолощенный абсент, в котором сохранены только градусы и цвет? Полкило белорусского сыра, сделанного из ЗМЖ?
ЗМЖ, внимание, это мелким шрифтом аббревиатурка, маскирующая заменитель молочного жира. Раньше это называлось "колбасным сыром" и туда хотя бы клали иногда утешительный тмин. ЗМЖ - это как ЗОЖ, такое же тошное ущемление, в общем. Нет, во время отключения электроэнергии оказаться в Торговом Центре - скучно. Скучнее было бы только в лифте застрять. Кто-то вчера там полтора часа и проторчал...
А из окна разлюбезный спальный район предстал вмиг, как есть. Отключение электроэнергии идёт этой деревне на пользу и к украшению. Проступает снег, выходят на дорогу деревья, небо, до
которого хаотично сверкающие высотки так безуспешно стремятся достать, тихо опускается на крыши само, величаво развернув бархатные крылья. Раньше во всяком доме хранились под рукой свечи, на случай отключения энергии. Теперь они у меня тоже были, "омский свечной", витые, красные. Пришлись кстати. Их пламя смотрится совсем иначе, когда за окном - непроглядная темень, и неизвестно, дадут ли электричество когда-нибудь вообще... Пыльные бутыли с запасом водопроводной воды мне всё-таки удалось изжить, так что если бы эпизод затянулся, пришлось бы топать в соседнюю деревню, к роднику...
Осталось только уговорить домашних победить ведро с говном. Каковое во время катаклизмов ничем помочь не может, а в остальное другое время и подавно сильно воняет, на память о визите сантехника, который, по природной склонности всех сантехников, стремился хоть как-то напакостить - и напакостил, наведя, не иначе, лёгкий гипноз на ответственного квартиросъёмщика, уверил раз и навсегда: бумага, мол, в унитаз ну никак не пройдёт, поставьте ведро. Они очень любят такие приколы, они смеются и веселятся с них даже больше, чем с денег, которые лупят с людей почём зря за бесконечную установку и переустановку водосчётчиков. Один такой установщик радостно сказал мне: "а что, в долларах услуга по замене прибора учёта воды стоит совсем немного" - и назвал такую цифру в долларах, которая лично мне маленькой почему-то не показалась. "А в юани можете перевести?" - спрашиваю. Нет, в юани не может. Хотя, как признался, каждый день смотрит канал РБК - "мне это интересно".

Так вот. Счётчик горячей воды меняется раз в 4 года. Холодной - раз в 5 или 6 лет, в зависимости от производителя. Срок считается с момента так называемой "первичной поверки", сделанной на заводе. Эта дата есть в документах на прибор. Раньше срока замену делать не нужно, не ведитесь. Всякий сантехник спешит опередить другого, и навязать вам свои услуги. Поэтому следует изучить печать фирмы-установщика и связаться непосредственно с ними: прочие конторы возьмут дороже. Теоретически счётчики демонтировать не обязательно: достаточно заплатить за "поверку" имеющегося оборудования. Это тоже должна делать исключительно та фирма, что устанавливала счётчики первоначально. Прочие только возьмут деньги за свою печать, но никакой ответственности за возможные неполадки нести не будут. К сожалению, установить местонахождение реального установщика не всегда возможно. Для таких случаев существует государственная контора "Ростест". Эти тоже поставят печать вполне безответственную, но запросят недорого, меньше, чем в среднем по деревне. А какой у них интересный сайт, любо-дорого почитать. Обратившись к разделу вопросов и ответов, мы найдём там решение многих своих насущных проблем и просто удовлетворим любопытство, которое, как известно, "конечно грех, но не смертный"(с):
"Вопрос: Скажите, «укупорочное средство» и «упаковка» одно и тоже?
Ответ: Укупорочное средство – изделие, предназначенное для укупоривания упаковки и со-хранения ее содержимого;
Упаковка – изделие, которое используется для размещения, защиты, транспортирования, загрузки и разгрузки, доставки и хранения сырья и готовой продукции".

"Вопрос: Скажите, только после монтажа чугунной ванны заметил на на поверхности внутренней стенки как бы опухоли. Это брак?
Ответ: Если бугристость (специалисты также используют термин «чугунный целлюлит») ощущается при поглаживании рукой, то это дефект, понижающий качество и, стало быть, цену изделия".

"Вопрос: Может кто у вас знает, почему блюдо из жареного творога называют СЫРниками?
Ответ: В русском языке творог на протяжении столетий обозначался словом "сыр".

РБК так не умеет.

05:06 

я не люблю "Звёздные войны". Здесь следовало бы пристегнуть пространный текст с оттенком сентиментальности, оправдывающий, до какой-то степени, моё желание говорить о навязших на зубах шедеврах киноискусства и намозоливших глаза знаковых культурных явлениях.
Но на улице - омерзительная каша под ногами, и от реагентов слезятся глаза, за стеной квартиры -
бубнит ненавистный телевизор, плодятся и не кончаются соседи; на новой станции метро оперативно прикрыли уютный балкончик над платформой, оградив его от простых смертных калиточкой, примотанной к перилам вездесущей паскудной проволокой, пространство интернетов хором дышит азотом, и я тоже дышу азотом, конечно же, и даже сны столь просто объясняются, что записывать скучно, скучнее разве что "Звёздные войны". Ни сюжета, ни идеи - фикция. Космическая "Санта-Барбара", полностью исчерпывается фразой "Люк, я твой отец". Отец - несчастная ходячая барокамера, не страшный, даже не злой. Так лежащий на больничной койке душит взглядом тех, кому почему-то больше повезло. Выступает под одну из самых надоедливых подделок под классическую музыку. Не спорю, если бы каждые десять минут мне включали, допустим, "Марш Черномора", последний тоже быстро мне разонравился, но выбирать не приходится, каждое появление Вейдера сопровождается маршем "Имперским", снова и снова. Оппонент от "светлой стороны" - косноязычный карлик. Всячески мутит воду, дурит голову ученикам, сам в первых сериях (которые мне случалось, понятно, пересматривать чаще и их я помню яснее) живёт в каком-то болоте, на стоячей цветущей воде, симптоматично. Любит приговаривать "не смотри на тёмную сторону", память моментально откликается фразой из иной сказки: "только не бросай меня в терновый куст". Пародия на добро и зло в прилипчивой целлофановой обёртке из фанфар, литавр и барабанов. Люк этот похож на персонажа из печатной рекламы дешёвых ментоловых сигарет. Не запоминается. Сочащийся самодовольством Харрисон Форд... Принцесса Лея - находка, конечно. Некрасивое, даже отталкивающее лицо, выдающее склонность к частым мигреням. Максимальное приближение к большинству представителей реальных королевских фамилий. Самое тяжкое - Чубакка. Я ненавижу детский плач и женскую истерику, но создатели этого персонажа на удивление ухитрились смоделировать рёв ещё много более неприятный. Робот Ситрипио недаром всю дорогу сносит прямые оскорбления от людей - он слишком на них похож. И в целом всё это абсолютно невозможно было бы смотреть, если бы не волшебный R2D2 - маленький, обаятельный умник с удивительно стойким характером и прелестным голосом, который растопит любое сердце. Своим присутствием он разгоняет весь наведённый режиссёром унылый морок. А, ну и Jabba the Hutt ещё, который продержался совсем недолго, потому что попал в этот кисель из какого-то другого фильма - из "Пятого элемента" или "Автостопом по галактике" - в общем, из настоящего кино.

15:09 

Скрытый мотив

всегда-то мне хотелось провести конец декабря на море, и никогда-то не получалось. То есть, мне вообще всегда "хочется на море", то ли потому что с этого начинаются иные книги, которые нравятся, то ли потому их и помню, что там к морю очень стремились. Но отменить, игнорировать и не прийти вместе с соответствующими числами к здешней слякоти, темноте и чужой радости никогда не удавалось.

Только в мыслях всегда с половины декабря уже хожу по кромке воды. Сырой песок, в воздухе непраздничная спокойная задумчивость и плюс восемь градусов, может меньше, в общем, не имею представления, как всё это выглядит на самом деле. Художественная литература вкупе с
кино почти не помогает мне в конструировании искомого образа, остающегося сном виденным, но не запомнившимся. Скрытый мотив.

А весной удавалось дважды. Так себе это были путешествия. Первый раз - с классом, в походе. Дальше, то есть, можно не вспоминать. И я не вспоминаю: только сам момент первой в жизни встречи с Чёрным морем, которое показалось мне серым полем. Заблуждение продержалось целый день, а потом весь остаток того не вспоминать-приключения главной заботой было: догадались ли люди о моей роскошной ошибке, или нет... А потом весь остаток того не вспоминать-приключения просидела на берегу открытого моря в обнимку с пачкой коротких сигарет - свои любимые я почему-то не взяла.

Во вторую поездку держалась за коробочку нюхательного табака, чуть разбавленного. Вторая поездка пришлась на время, когда знакомое ощущение тревоги начало периодически накрывать с головой, сознание было подавлено беспокойством, в небе вполне явственно что-то горело, и всё ярче разгорались глаза окружающих людей. Оставалось только набираться впечатлений. Усыпив свою совесть, я сбежала.

Более жестокого расклада не придумаешь: в компании женщины, вообразившей ко мне какое-то чувство, и её красавца-мужа, я подозревала себя арапкой за кадром из той ещё комедии Грибоедова. И страшна, и черна, и сердита, и только гляньте, и так далее. Но впереди ожидалось море, так что было почти всё равно. Лишь по пути из аэропорта, расслабившись было на заднем сидении арендованной машины, вдруг уловила по радио грустную, невыносимо попсовую песню. Замутило. Шофёр остановил тачку, и я провела несколько прекрасных минут в кустах над обрывом. Так я обнаружила весеннее Чёрное море во второй раз. И потом ещё два дня наслаждалась им, пока супруги выясняли отношения, бегая друг за другом по диковинному городку, который состоял, как мне показалось, из одних лестниц, арок и балкончиков.

Времена, определённо, менялись. Не умея пользоваться палочками, я сидела перед тарелкой замёрзших суши на веранде ресторана, на единственном прямом участке улицы. Рыхлые хлопья табака слизывал с пальцев морской ветер, попутно подкидывая в дрянное пиво "Кирин" крупицы песка, не считаясь с моей быстро возрастающей жаждой. А пепел с неба прилетал на голову.

02:22 

в Торговом Центре табак продаётся в двух павильонах. В первом за прилавком можно застать очень задумчивую светловолосую продавщицу. А можно и не застать - если она отправилась поболтать с кем-нибудь по соседству. Тогда ждать бессмысленно - не скоро воротится. В остальное время она в положении полулёжа пристально смотрит в планшет. При этом её глаза навыкате становятся ещё больше, а лицо предельно вытягивается, как отражения на боках кастрюль в секции посуды. Кажется, у меня такое же, когда вижу телевизор. На просьбу раздрапировать секретные полки она, не подымая взора, поводит этак рукой - "откройте шкаф, вот за ту-у ручку..." Если же поток кино прерывается телефонным звонком, то, отсчитывая сдачу, она прижимает голову к плечу, продолжая рассказывать в трубку, кого "тут недавно видела в "Одноклассниках"...
В нескольких десятках шагов от задумчивой продавщицы, в другом секторе, табаком торгуют параллельно с аляповатыми сувенирами. Но ассортимент табака для разлюбезного спального района вполне приличный, а две посменно работающие дамы неторопливо упакуют выбранную коробочку в красивый пакетик с Исаакиевским собором. Неспешность выдаёт стаж... У одной сотрудницы смешная джинсовка с разноцветными пластиковыми камнями. Многие торговцы полагаются на подобные вещи, но ей такие украшения не сильно способствуют. Стоит заявиться какому-нибудь хамоватому персонажу из серии "сдачи не надо", как бедная женщина раскисает и некоторое время не подаёт признаков жизни, глядя куда-то сквозь стену. Если случилось застать такой тревожный момент, приходится ей немножко руководить. А вторая сменщица - большой педант: "чтобы я открыла витрину, вы должны назвать какую-нибудь марку". Требует, то есть, пароль. В общем, лучше всего - навещать то одну, то другую торговую точку по очереди, и радоваться, что обе они хоть как-то функционируют.
Последнее время предпочитаю флейки. Чуть влажные, пахучие сегменты листьев, спрессованные в тонкие пластинки. Постепенно разбирать тёмный прямоугольник на табачные ленточки, чтобы отдельно смять потом каждую, как клок спутавшихся волос, или на части покрупнее - похожие на груду веток, как поздней весной в Битцевском парке. То тут, то там вдоль тропинок встречались собранные лесниками сухие ветки. Горы хвороста, выше человеческого роста. Ветки плотно сцепились между собой, совсем нетрудно взобраться по ним, ощутить себя в центре гигантского костра, который никто не зажжёт.

17:44 

Тропарёво

на подходе к новой станции метро, уже метров за двести, гастарбайтеры вычищают несильный снег. На каждых трёх человек с лопатами приходится по руководящей тётке. Официальные власти говорят, будто трудовых мигрантов здесь не хватает. Спорно. Однако интересно, как обстоит дело с ярко накрашенными надзирающими тётками - довольно ли местных кадров, или тоже
завозят откуда-нибудь. У дверей и дальше, вдоль новенького перехода и вглубь, роится милиция. Когда вокруг чистый мрамор, ещё не заляпанный пол и не ущербное освещение, милиция производит
особенно отталкивающее впечатление, хочется развернуться и уйти, но я как-то на автомате проскакиваю в кассовый зал, а там полукругом стоят одинаковые дядечки в коротковатых брюках и тёмных куртках, дизайн которых не менялся с девяностых годов. То ли фотографировались, то ли ещё чего-то ждали, с очень довольным видом. Наверное, они были как-то причастны к открытию станции, поэтому. Я же кстати вспоминаю рассказ Довлатова про ботинки, и тоже улыбаюсь. На платформе, с поправкой на понедельник, всё же прорва народу. Все разом обрели смысл в своих смартфонах и планшетах, фотографируют. Встречаются и профессиональные телевизионщики - корреспонденты с ободряюще-глуповатым видом отлавливают зевак, чтобы ошарашить их предсказуемыми вопросами. Станция в самом деле красивая. Зеркальные деревья со светящимися листьями очень хочется потрогать, но я ограничиваюсь тем, что осторожно провожу рукой по гладкому металлическому шву, в том месте, где мягкая серебряная линия ствола вдруг переходит в острый угол. Парадоксальным образом именно эта неземная геометрия делает зеркальные деревья живыми. Вокруг них завлекательно завиваются скамейки. Для меня - так даже как-то слишком завлекательно. С высотой белого свода, напротив, не угадали. Нужно было сделать потолок пониже, или как-то обыграть пространство между ним и верхними ветками - белые жерди, пересекающие воздух, слишком сильно бросаются в глаза. Но, разумеется, последнее замечание продиктовано моим стремлением к симметрии. В тексте, а не в архитектуре, в которой я понимаю и того меньше. Даже меньше, чем в фотографии. Пока другие фотографируют, я составляю на память текст. Текст занимает меньше места.

23:48 

хотелось бы мне знать, кто и когда вбил мне в голову принципиальную невозможность просто идти по городу, куда глаза глядят. Мне, как минимум, нужен в руке пакет необходимейших в хозяйстве вещей, который будет злить меня своей тяжестью, не давать согреть руки в карманах, причём невозможно даже вообразить, чем же он столь существенным набит, а как непотребно выглядит - почему-то любой пакет, который я несу, всегда выглядит особенно безобразно, я ненавижу таскать сумку с продуктами и вообще какую-бы то ни было тяжесть, но она заставляет меня периодически ускорять шаг и делать серьёзное лицо, и никто не заподозрит меня в "праздном шатании", и откуда во мне так прочно сидит это выражение, почему для меня это так неприлично? А утром сегодня люди с улиц куда-то сгинули, и меня всё равно некому было увидеть и осудить. Редкие фигуры брели между припаркованных автомобилей, и тихо-тихо разговаривали сами с собой тонкими, мечтательными голосами. Машины же стояли мыслящими существами, и на лицах у них отражалась весна - не как время года, а как мимолётное изменение воздушных потоков. Солнце не вылезло, утро светилось само по себе. И каждый дом в моём разлюбезном спальном районе выглядел именно таким, какими они мне так нравятся, когда скапливаются, теснятся и выступают один из-за другого, бетонные, нереальные, огромные и незаметные. В такую погоду, как сегодня, я безошибочно чувствую настроение их проектировщиков, и оно, это настроение, мне, на самом деле, очень близко.

16:53 

время от времени почитывая впечатления блогеров от того или иного фильма, наткнулась недавно на примечательный зачин: картина "Часы" - это, мол, про женщин, которые живут "не своей жизнью". Закрыв рецензию (читать дальше смысла не было), я, однако, всё-таки задумалась над самой постановкой вопроса. Потому, что если предполагается жизнь неудачная, "не своя", то выявить в фильме это можно только путём противопоставления с примерами исчерпывающего благополучия. И если этот хороший фильм рассматривать под таким до смешного прямым углом, то носителями, явно или скрытно, душевного спокойствия в нём оказываются персонажи, решительно не вызывающие симпатии. На каждую историю "несчастной" женщины - по персонажу. Первый представленный в фильме господин хорош был бы всем, если бы не помешал Вирджинии Вулф покурить спокойно и сложить "первую строчку". После такового акта искреннего паразитизма на него без содрогания смотреть невозможно. Второй, "успешный семьянин", в своём самодовольстве не видит ничего дальше собственного носа - хорошенькая жизнь, до первой травмы. Третий - вписался в рамки своих болезней, как бабка в очередь к терапевту. Даже его смерть - лишь продолжение непривлекательного перформанса. Истории главных героинь, напротив, не вызывают никакого отторжения. Первая окончилась суицидом - что ж, возможность ускорить приход собственной смерти - неотъемлемое право человека, имеющего счастье быть разумным. К сожалению, во все времена имелось достаточное количество мерзавцев, как в межличностном плане, так и на уровне государственной политики, насильственным образом направляющих восприимчивый ум к деструктивному финалу. Но, говоря о человеческих свободах, мы неизбежно должны включать в таковые и право на фатальную ошибку. Второй случай - это, конечно, пример клинического идиотизма. Лично у меня поддержки не находит. Однако надо признать, что идиотка кое-как поднапряглась и выкрутилась, то есть "могло быть хуже". А третья женщина просто была Мэрил Стрип. А это очень удачно: в любом случае оставаться Мэрил Стрип. Большего и желать невозможно, так я считаю.
На самом же деле, "Часы" относятся к тому типу фильмов, которые из-за своей внешне довольно примитивной структуры совершенно не подлежат анализу. Никак не объяснить, почему лично я пересматривала этот фильм многократно. Разбери "Часы" - выйдет тупая расчленёнка.

13:10 

закрой окно

у меня всегда была проблема с названиями. В течении дня перед глазами пробегают прекрасные словосочетания, к которым, не отходя от кассы, хочется приписать какой-нибудь почтовый адрес или назначить их в качестве пароля, чтобы потом, при каждом удобном случае выходя в интернеты, вновь и вновь ими восторгаться. Никуда от этого не денешься: всякий в этой жизни, неосознанно протестуя против роста энтропии, постоянно собирает несколько каких-нибудь коллекций: кирпичей в стене, названий просмотренных кинолент, фотографий картин Йерки и Гонсалвеса, хотя Магритт одним своим существованием ставит под сомнение ценность всех прочих, пытающихся вытащить хоть какое-то иррациональное зерно из текущей реальности, оранжевых книг серии "Альтернатива", из тех, что здесь пока ещё не запрещены, кругов от рюмок с вином на столе, непарных перчаток, выдохшихся зажигалок, засушенных кленовых листьев, эсэмэсок в смартфоне и так далее. Но с названиями у меня не получается: в подходящей ситуации их никогда не оказывается под рукой. В этом они напоминают мне бельевые прищепки и гвоздики. Первых вообще всегда мало, а мелкие гвоздики, сколько их не разыскивай, Вселенная предоставляет по собственному усмотрению очень скупо, не больше двух штук зараз, и то при самой острой необходимости. Проведя год на этой площадке, за, практически, полным вычетом летних месяцев, когда ничего записывать не было настроения ни здесь, ни где бы то ни было ещё, кроме бумажного блокнота, я сегодня, несмотря на моментально возникшую пустоту в голове, хочу поменять название дневника. Иначе всё это рискует превратиться в отрывной календарь, где каждый день обозначен чем-либо памятным или, чего доброго, праздничным. Однако на улице 26-и японских конверторов человеческая память ведёт себя капризнее вселенной с гвоздиками, а понятие праздника в жизни взрослого человека так же расплывчато и непредсказуемо, как ощущение счастья - не уловить-не поймать, и уж тем более не встроить в расписание, и коллекционированию не поддаётся. Как и любое ощущение, кстати, сколько не расписывай по монитору диаграммы влияний момента. А поскольку долго зависать над названием прямо сейчас у меня нет времени, пусть тут будет реально первая пришедшая на ум фраза. Subj

@музыка: Electricity is fiction

12:48 

День изображений

не так интересно рассказывать, каким способом на моей стене чисто случайно проявилось это изображение, лучше фото с чёрно-красной нокии оставлю здесь. А теперь там выглядит всё вообще по-другому, так что "оригинал не сохранился".



@музыка: neuro funk

23:08 

День появления этого дневника

смотрю - а я уже год, как пишу здесь. Странное усердие. Кто бы мог подумать - а я нет (с). Картинку что ли по случаю запостить.


закрой окно

главная